«Ты письмо мое, милый, не комкай…»
Ты письмо мое, милый, не комкай. До конца его, друг, прочти. Надоело мне быть незнакомкой, Быть чужой на твоем пути. Не гляди так, не хмурься гневно. Я любимая, я твоя. Не пастушка, не королевна И уже не монашенка я – В этом сером, будничном платье, На стоптанных каблуках… Но, как прежде, жгуче объятье, Тот же страх в огромных глазах. Ты письмо мое, милый, не комкай, Не плачь о заветной лжи, Ты его в твоей бедной котомке На самое дно положи. 1912Исповедь
Умолк простивший мне грехи. Лиловый сумрак гасит свечи, И темная епитрахиль Накрыла голову и плечи.Не тот ли голос: «Дева! встань…» Удары сердца чаще, чаще, Прикосновение сквозь ткань Руки, рассеянно крестящей.1911. Царское Село«В ремешках пенал и книги были…»
Н. Г.<умилеву>
В ремешках пенал и книги были, Возвращалась я домой из школы. Эти липы, верно, не забыли Нашей встречи, мальчик мой веселый.Только, ставши лебедем надменным, Изменился серый лебеденок.А на жизнь мою лучом нетленнымГрусть легла, и голос мой незвонок.1912. Царское Село«Со дня Купальницы-Аграфены…»
Со дня Купальницы-Аграфены Малиновый платок хранит. Молчит, а ликует, как царь Давид. В морозной келье белы стены, И с ним никто не говорит.Приду и стану на порог, Скажу: «Отдай мне мой платок!»Осень. 1913